Риск и чутье – дело благородное

На деле путь к сочному гуляшу из филе дикого кабана усеян терниями и шипами. Сначала надо взять лицензию на отстрел вепря, причем именно в те угодья, где этот вепрь обретается. Смею вас авторитетно заверить, что в большинстве случаев охотникам дают лицензии в те леса, где встреча с кабаном менее вероятна, чем в Хмельницком дендропарке.

Но вот вам сказочно повезло, и вы взяли лицензию в нужное место. Остается лишь доехать до этого леса и найти зверя. Удачи вам!

Лет двадцать назад всеми вопросами по приобретению лицензии в нужное урочище для нашей охотничьей команды занимался Валерий Николаевич Крохан. Чутье на угодья, кабанов и егерей у него было изумительное. И вот наступило долгожданное открытие охоты на копытных. Валерий обнадежил всю нашу охотничью братию, что взял лицензию в надежный лес и эти угодья он знает, как родной стадион “Подолье”, где когда-то забивал мячи в чужие ворота, а теперь учит это делать других. Доехали мы до своих угодий и там попали в объятия местного егеря. Коллегиально решили начать охоту с первого квартала, густо заросшего молодыми дубками, елками и густейшей малиной.

Крохан, не доверяя местным аборигенам, самолично расставил стрелков на номера, а сам с Сережей Подгородецким и с тремя лайками пошел в загон. Я стал возле упавшей березы, мысленно определил себе сектор обстрела, зарядил ружье и стал ждать. Есть необъяснимое очарование в этих минутах ожидания. Весь лес, усыпанный золотом листвы, блестел ниточками тончайшей паутины, запоздавшего тепла, но с севера веяло холодным ветром, и небо покрыли темные свинцовые тучи. Мой нос впитывал настоянный на листве аромат уходящей осени. И вдруг я уловил новый запах — пахло прогорклой кабаньей щетиной! В квартале был дикий кабан! Этот запах я не спутал бы ни с чем! И точно, через полминуты злобно залаяли собаки, раздался треск сухих веток, затем ударил выстрел, и неистовое визжание собак больно кольнуло мое сердце.

Печально пропел рожок, и номера начали сходиться к квартальному столбу. Взволнованный Леша Вересов отчаянно размахивал руками, силясь что-то сказать:

— У-у-уу-бб-бег! — выдохнул Вересов.

Крохан, весь исцарапанный побегами малины, устало слушал всех. Загон кончился печально. Зверь ушел, ранив собак, и они скулили, зализывая раны. Пока выясняли, кто стрелял и кто промазал, я снова обошел с подветренной стороны квартал и снова уловил в одном месте этот специфический запах дикого кабана. Несомненно, зверь остался в загоне.

— Ребята, — сказал я вдохновенно, стараясь, чтобы мне поверили все, — зверь в загоне! Я чую его запах!

— Мой пес не чует, — Сережа Подгородецкий посмотрел на своего Дика, который зализывал ушибленный бок и не выказывал особого желания возвращаться в заросли, — а Евгений чует! — Сережа яростно почесал свою чеховскую бороду.

— Я ж-жже го-во-рю — уб-б-бег! — промазавший по кабану Вересов тоже не верил в мое чутье.

В мой дар обоняния поверил Крохан. И хоть ребята иронически улыбались, мы снова взяли этот квартал пять раз подряд! Но безуспешно. Валерий и Сергей выходили из зарослей с усталыми молчащими лайками, стрелки по номерам, и я в том числе, ничего не видели.

Я снова и снова улавливал этот запах кабаньей щетины. Не мог же я ошибаться. Это было необъяснимо. Я выслушал много чего насчет своего носа. Мы пошли вглубь леса, взяли еще другие вырубки, ельники. Зверя в лесу не было. Солнце, редко выглядывающее из-за темных туч, опускалось все ниже и ниже. У нас оставалось около часу светлого времени. И я решился.

— Валерий, — сказал я Крохану. — Давай вернемся в первый квартал. Зверь там. Я чувствовал его запах!

— Мы прошли этот квартал шесть раз, — Крохан очень устал. — И собаки молчат.

— Да они уже боятся кабана. А кабан просто пропускает вас и не идет на номера.

И тут Валерий принял самое рискованное решение в своей жизни.

— Ну что ж, — сказал он. — Давай возьмем этот квартал седьмой раз.

Разговор с другими стрелками был очень тяжелым. Как ни странно, все послушались.

— Но тактику меняем, — решил Крохан. — Никаких номеров. В загон идут все. Идем близко друг от друга и очень медленно. Риск и Женькино чутье — дело благородное.

И мы вернулись туда, откуда начали охоту. С неба повалил первый снег, и даже не верилось, что утром было еще тепло. Солнце скрылось за ветвями черного леса, и весь квартал наполнился мягким малиновым закатом. Мы шли тихо, внимательно осматривая каждый куст. Еще каких-то метров триста — мы все выйдем на просеку, и этот не самый удачный день уйдет в прошлое. Снег пошел гуще, и тут передо мной из кустарника выпрыгнула просто вверх огромная дикая свинья и бросилась влево в кусты. Я, моментально уловив это движение, выстрелил не целясь, навскидку, как по бекасу. И свинья рухнула, перевернувшись через голову, замертво!

— С полем, — меня поздравил подошедший первым Крохан. — Как же ты вовремя попал. Нас бы просто побили!

Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись. А потом, не сговариваясь, глянули вверх на небеса. Оттуда, как из дырявого мешка, сыпал снег. На землю опускалась зима.

Автор: Евгений СТАРОДУБЦЕВ для Моей газеты+