https://moyagazeta.com/

Ирина Миронова: «Или ты журналист, или пиарщик. Иначе нельзя»

Об этом и не только нам расскажет корреспондент отдела бизнеса Издательского дома Коммерсантъ-Украина Ирина Миронова.

Корр.: Что для Вас самое трудное в журналистике?
И.М.: Труднее всего, особенно для христианина – это перебороть страх: задавания неудобных вопросов, осознания того, что люди врут, ошибаются и будут Вас обманывать. Вам придется с этим как-то мириться, перепроверять информацию, искать правду, которую найти ой как нелегко. Вот это, наверное, было сложнее всего в себе перебороть на начальном этапе, особенно страх перед людьми, которые в какой-то мере лучше, успешнее, умнее меня, а с ними мне нужно общаться, узнавать информацию. И, конечно же, страх осознания того, что люди могут осознанно говорить неправду, а мне, как христианину, с этим как-то нужно мириться.

Корр.: Представьте себе ситуацию – ты дошел до правды, а от этой правды пострадали люди. Как перебороть в себе негатив, обиду и, может быть, даже сомнения: «А нужно ли было этого делать?»
И.М.: Хороший вопрос. Наверное, с самого начала поиска правды нужно понимать, зачем ты это делаешь. Если Вам в глубине души обязательно нужно – найти эту правду…

Корр.: Обществу нужно.
И.М.: То Вы должны осознавать, что правда может быть очень неприятной. Кстати, человеческая история неоднократно показывала, что общество, несмотря на то, что ему нужна правда, не осознает этой потребности. Я, к сожалению, не помню имени медика, который в 19-ом веке выступал за то, чтобы все врачи, особенно акушеры, после осмотра пациентов в обязательном порядке мыли руки. Многие из них не делали этого даже после хирургических операций! Из-за этого роженицы и новорожденный массово гибли от инфекций. Этого гения общество затравило – его новации не были приняты, в конце концов он попал в сумасшедший дом и там умер. (От редакции – это был венгерский врач Игнаций Земмельвейс). Но, благодаря ему, до человечества потом дошло, что это действительно нужно делать, и смертность при родах уменьшилась.
Точно также и мы, правдоискатели, должны быть готовыми принимать на себя последствия. Все шишки могут полететь на нас. Чтобы преодолеть это, вы должны для себя осознавать, зачем Вы это делаете и осознавать, что то, что Вы делаете, это действительно важно. Люди могут этого сразу не оценить, но это важно. Вы хотя бы на миллиметр делаете мир лучше, открытий и чище. Для себя Вы должны осознавать, что Вы сделали что-то важное: для себя, для общества и для Бога.

Корр.: Как вернуть доверие к напечатанному слову? Как убрать клеймо, что все журналисты продажны, а если человек ищет правду, то это все равно чей-то заказ? Как рассеять эти тучи?
И.М.: Здесь отдельный вопрос к каждому журналисту. От такого клейма всем сразу избавиться невозможно, потому что оно, к сожалению, довольно крепко уже прилепилось. Тут главное, в каком издании, телеканале или радиостанции Вы работаете. Если Ваше СМИ уважаемое, люди будут к Вам все-таки изначально относиться с какой-то толикой доверия. Сохраните ли Вы эту толику или потеряете, зависит исключительно от Вас, как журналиста. Я бывала в компаниях, где изначально считали всех журналистов продажными, но через какое-то время они понимали: да, бывают разные журналисты, и именно этому можно эксклюзивно что-то по секрету рассказать. И ты можешь доверять этому человеку, что он не сдаст тебя.

У меня была ситуация с одним очень крупным международным телеканалом. В Украине он пока что не очень популярен, потому что в основном находится в кабельных сетях. У этого канала были серьезные разногласия с кабельными операторами – вплоть до очень серьезного бизнес-конфликта. И кабельные операторы с украинской стороны начали вести против него не очень хорошую медиавойну – начались различные сливы информации на Интернет-сайты, которые друг у друга потом все перепечатали, и у канала испортилась канал репутация. Но человек, который знал меня и знал наше издание, позвонил мне и рассказал ситуацию со словами: «Я знаю, что ты сможешь это правильно написать». То есть, мне никто ничего не заказывал. Мы написали материал. Когда история получила продолжение, этот человек снова позвонил мне – не какому-то другому изданию, а мне, потому что он уже знал, что нам можно доверять. Поэтому, если Вы хотите, чтобы Вам сливали информацию, если хотите, чтобы Вам рассказывали интересные вещи – Вы должны дать понять человеку, что Вам можно доверять. Потому что один прокол – и все…

Корр.: Творчество, креатив, поиск истины – и реклама с пиаром. Как между всем этим найти «золотую середину», и остаться финансово независимым?
И.М.: Это, пожалуй, тот самый вопрос, который волнует каждого журналиста и редактора. Вот в нашем издании, к примеру, рекламный отдел и редакция – две абсолютно независимые организации. Это жесткая позиция каждого конкретного человека: либо ты пишешь материалы, либо ты пиаришь заказчиков. Здесь не может быть абсолютно никакой середины. Все очень жестко. Это информационная война – война, которая происходит в наших умах. Один раз ты в своем уме позволил себе подумать о том, что ты можешь за деньги что-то написать – все!

Корр.: И ты уже не журналист – ты пиарщик?
И.М.: Один раз напишешь, второй раз напишешь, и третий раз тоже, потому что это то, что руками не пощупаешь, через коленку не переломаешь, это то, что гладенько приходит в мозги и гладенько из них же выходит. Один раз ты подумал о том, что можешь написать о чем-то за деньги – ты и дальше будешь писать об этом за деньги. На этом журналистика заканчивается и начинается твоя коммерческая структура на основе того, что ты за счет чужих мозгов зарабатываешь себе деньги.

Корр.: Как Вы думаете, журналистские расследования могут проходить за деньги? Все-таки работают юристы, прочие специалисты, тратят свое время…
И.М.: Честно говоря, в журналистских расследованиях я не совсем специалист. Я больше занимаюсь новостями. Хотя, без сомнения, чтобы написать даже небольшую заметку, все равно надо провести какое-то мини-расследование. Появление юриста в публичном издании – это уже своего рода плата за его работу. По крайней мере, в нашем издании юридические компании очень хотят присутствовать и настаивают на том, чтобы мы обращались именно к ним за комментариями. Поэтому, наверное, товарно-денежных отношений здесь быть не может. Хотя, если проводится серьезное журналистское расследование, если это не просто материал в ежедневное издание, то, без сомнения, внутри редакции должны быть предусмотрены какие-то расходы. Не должен журналист доставать деньги из своего кармана, чтобы решить этот вопрос. Думаю, так – либо должны быть нормальные, серьезные редакторские расходы, либо компания должна понимать, что взамен своей работы они получают публичность, что, по сути дела, все равно является рекламой.
Корр.: И, в завершение разговора, каким должно быть кредо журналиста? Независимого светского журналиста?
И.М.: Быть честным, открытым и ничего не бояться!

Людмила ЛУНИНА